Юрий Ижевчанин
Три песни царевны Штлинарат

Юрий Ижевчанин
 

Три песни царевны Штлинарат

writercenter.ru tri-pesni-carevny-shtlinarat

В саду тенистом царского дворца

Раскрылись три душистые венца:

Людского не видавшая лица,

Созрела средь кустов цветущих роза.

И, привлеченный чистою красой,

Влюбился всей невинною душой,

Рожденный этой радостной весной

Певец пернатый, незаметный, серый.

Любимую он приобнял крылом,

Согрел ее своим живым теплом,

И всей земле запел певец о том,

Как он безумно обожает розу.

Прильнувши к телу нежного певца,

Готовая быть рядом до конца,

Забыв о том, что рядом сад дворца,

Красавица садов раскрылась в счастье.

Но песнь любви до неба донеслась,

До облаков бегущих поднялась,

И в души горних духов полилась,

Прелестницу пери она пленила.

Сокровище небесной красоты,

Затмившая все смелые мечты,

Раздвинув все колючие кусты,

Пери с небес в дворцовый сад спустилась.

Очарованием пери пленен,

Небесной красотою поражен,

Ее рукою нежной привлечен,

Певец замолк, совсем забыв о розе.

«Не расточай зря здесь любовь свою,

Достоин петь в предвечном ты раю,

Я страстью неземной тебя залью,

В небесный сад ты улетай со мною.»

Завяла роза в грусти и тоске,

Лишь лепестки остались на песке,

Казалось ей: в небесном далеке

Певца любимый голос уловила.

В час, когда уносило в пучину морскую теченье,

Руки сильные к солнцу меня так легко вознесли,

И когда поцелуем платила тебе за спасенье,

Сквозь уста прорываясь, вмиг души друг друга нашли.

Слились наши души воедино:

Даже смерть теперь не разорвет.

Впереди единая судьбина,

Вечная любовь и общий род.

Сожжено мое сердце любовью открытой и честной,

И в глазах твоих вижу я тот же жарчайший огонь.

Захватил нас с тобой вихрь счастливой любви беззаветной,

Защищаю глаза, но твой взор прожигает ладонь.

Припев

Неустанно молю я Судьбу от заката до часа рассвета,

Не волнует кипящая тщетных надежд круговерть.

Я прошу, чтобы путь свой пройдя до конца в мире этом,

В день один, породив славный род, нам с тобой умереть.

Припев

Ну а если погибнешь вдруг славною смертью героя,

Я наследников дела и духа смогу воспитать,

А затем я часовню на милой могиле построю,

Чтобы встретиться в жизни иной и любить нам опять.

Припев

В серебряном свете луны

     пери в лес волшебный слетела,

В прохладной потока струе

     обмыла изящное тело,

И вдруг ненароком она

     на мшистых камнях поскользнулась,

В пучину ее повлекло,

     лишь ойкнуть один раз успела.

Охотился там богатырь,

     стан стройный и ликом прекрасный.

Услышал боец молодой

     крик девы почти что безгласный,

Увидел в коварных волнах

     молящую белую руку,

И бросился в реку герой,

     поток презирая опасный.

На крепких руках молодца

     пери незаметно очнулась,

К лицу того, кто ее спас,

     с опаской она обернулась,

Горящие взоры двоих

     вдруг накрепко души связали,

И губы невинные их

     вдруг в чистом лобзаньи прижались.

Надела небесная дщерь

     крылатое белое платье,

Сказала она про себя

     великого неба заклятья,

Рукою махнув жениху,

     в мир горний она улетела,

А витязь к царю своему,

     просить разрешенья на свадьбу.

И дали влюбленным цари

     на вечный союз дозволенье,

И свадебный пир на весь мир

     готовить пришло повеленье,

А лебедь с лебедкой своей,

     сгорая в огне ожиданья,

За сладкую муку свою

     Судьбу восхваляли в моленьях.

И прибыл на свадебный пир

     принц-демон, коварный, могучий,

Чье пламя великих страстей

     способно рассеивать тучи,

Кто может и путь осветить,

     и сжечь тебя вдруг одним взглядом,

Блистая красой неземной,

     он стал вдруг грозой неминучей.

В живительном ветре любви

     красою пери наливалась,

И злые подруги ее

     от зависти уж задыхались,

Не видела дева вокруг

     недобрые, лживые взоры,

И слушала старых подруг,

     коварным речам поддавалась.

Сказали гадюк языки,

     что милый других привечает,

Что смотрит со страстью на них,

     обнять их, разлучниц, желает,

И дева в безумье своем

     любимого тяжко винила,

И царь, чтоб любовь сохранить,

     до свадьбы бойца отсылает.

Пленился великий ифрит

     пери, даже в грусти прекрасной

Любовью всесильной объят,

     ее соблазнил речью страстной,

В глазах его – огнь и напор,

     в глазах ее – страх и желанье,

И свадьбу принц-демон сыграл

     с пери, что вдруг стала согласной.

Залил он супругу свою

     любви обжигающей влагой,

Дарами ее задарил,

     умом поразил и отвагой,

Но боль в сердце не утолил

     великий ее соблазнитель:

В укромном его уголке

     тот витязь пронзил душу шпагой